ПРАВИЛО №23
Михаил Фаустов про Открой Рот и другие чемпионаты по чтению вслух

Чтение в поезде. Часть II

09 ноября

Майкл Баскар. Принцип кураторства. Роль выбора в эпоху переизбытка. Александр Бренер. Ка или Тайные, но истинные истории искусства.

Двушечка от двух парочек

Они форменно издеваются, эти двое. Они раз за разом издают красивые и при этом крайне мракобесящие книжки. Например эта.
Это не мое любимое “простые вещи, изложенные сложными словами”, тут как раз все понятно для любой аудитории. Некто Баскар (знать не желаю, кто это) подвел марксистскую базу* под бизнес на извлечении денег из воздуха.

*подвести марксистскую базу здесь не имеет никакого отношения ни к марксу, ни к марксизму, исключительно к базе
Теоретическое обоснование основано на продуманной классификации и стройных, как Хайди Клум, аргументах. При этом примерно к сотой странице начинаешь себя чувствовать, как на тренинге какого-нибудь Гандапаса.

Когда я приду к власти, поэты умрут первыми, а бизнес-тренеры — мучительно. Злые языки утверждают, что из меня вышел бы офигительный бизнес-тренер и я мог бы зарабатывать этой преступной деятельностью бешбабло, но у меня есть еще остатки совести, даже если вам кажется иное.

Поэтому лучше буду писать и говорить о том и тех, кого люблю. О тех, кого ненавижу, без меня догадаетесь.

Похожей фразой завершается книжка Бренера про искусства в основном изобразительные. Книжку издали Артем Фаустов и Любовь Беляцкая^ и это хорошая книжка.

Одна девушка заметила как-то, что я никогда не говорю слово “ссать”, а всегда говорю “писить”. Так и Бренер (кощунственная автозамена постоянно предлагает мне заменить его фамилию на “Тренер”!) не употребляет слов “срать” и “говно” — только “накакал” и “испачкал калом”. Слова “жопа” у автора тоже не встретишь, исключительно “булки”, ну или если хочется фривольностей, то “срака”, и это, пожалуй, самое грубое, что есть в книге.

Бренер написал поэму. Бренер избегает кавычек и авторов цитат, словно это не книжка, а твиттер Олега Кашина. Бренер искренне любит своих героев, и Бренер абсолютно искренен и честен в этой любви. Даже тонкие еврейские подколы в адрес Пикассо выглядят у него интеллигентно, а конец главы про Караваджо меня поверг в экстаз, благо я ехал в поезде.

Бренер помешан на Хлебникове и Мандельштаме, и это не худшее из помешательств.

Я не читал других книг Бренера, теперь буду.